Понимаешь, мой друг, я совсем ничего не чувствую. Нет ни поезда на Париж, ни мечты, ни курева. И- что самое [fuck!]- раздражает твое присутствие. Собирайся, катись других охмурять [охмуривать?] Они все говорили, какая славная девочка, Тоньше веточки, вся актриса, до кончиков пальчиков. Я сменила себя на трех бестолковых мальчиков, Что предали в конце истории- все дописано, Я не стала бы привирать, [там ведь был конец] До того это все не нужно уже, бессмысленно, До того это прожито все. И аминь. ****ец. До чего материшься невыборно, не классически, Для чего обгрызаешь ногти под самый корень?.. Я не стала бы говорить о своем хроническом. Потому что все бесполезно. Не веришь? Спорим Что любой из больных [ метастазы, чахотка, сифилис] Свое утро- не ценит, смотрит в небо, как утопающий. Потому что никто не прошепчет- «Гляди, мы выбрались. Перестань же считать минуты, их дофига еще.» Понимаешь, мой друг, я совсем ничего не чувствую, По усам,но не в рот. Смысл жизни в глазах не высечен. Да, когда-то меня спасало твое присутствие, Но теперь и оно- раздражитель, которых тысячи. Они лезут меня спасать, от чего  не знаючи. Ты заблудишься, девочка, дебри, поверь, густы. Я готова любить за живых и за умирающих. Просто все что я вижу- окна. Они пусты.